Интриги: сплетение судеб

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Интриги: сплетение судеб » Национальная Опера » Меж двух огней. 27.03.3652г.


Меж двух огней. 27.03.3652г.

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

● Название эпизода: "Меж двух огней"
● Время действия: 27 марта 3652 год, день
● Место действия: Тириосская Опера, кабинет директора
● Участники: Бернар Бертоль [GM], Призрак, Джеммина Гвальдо [GM]
● Краткое описание: времени до премьеры остается все меньше, а актриса на главную роль до сих пор не назначена. Катастрофа! Мсье Бертоль все еще не решается сообщить Джеммине о требовании зловещего покровителя Оперы заменить ее на спектакле. Мысль о том, что устроит ему в ответ на такое прима, буквально доводит директора до обморочного состояния. А Призраку, меж тем, надоело ждать, и он, не обнаружив реакции на очередное письмо, решает пообщаться с Бернаром лично. Все бы ничего, но практически в это же время рыжеволосая актриса, взбешенная промедлением (она-то уверена, что кроме нее иных вариантов нет!), тоже заявляется в кабинет директора выяснять отношения.

! Согласие на вмешательство мастера: мастер участвует в эпизоде

0

2

Бернар Бертоль
http://savepic.ru/7286573.png


Красный воск в жестяной миске с  пеплом  и обгоревшими лучинами все еще напоминал кровавые подтеки. Куда девать все это зло, что накопилось внутри вещей, насквозь пропахших нечистой силой? Ответ один: Сжигать и только сжигать! А после - развеять пепел над Градой, ниже по течению, уже за городом. Туда можно будет вырваться только в конце недели - конечно, на коне, в гордом одиночестве. Для Бернара сжигание писем от таинственного вестника тьмы превратилось в подобие ритуала. Месье Бертоль сидел с каменным лицом, уставившись на скопление зла в жестяной миске, даже спустя три дня ему было довольно сложно оправиться от последнего послания, да еще и эта Элен не вовремя вмешалась в разговор с будущим спонсором... За последнее, она, кстати, поплатилась ролью на репетициях.
Несчастья копились, а директор все никак не решался сказать сеньорите Гвальдо о том, что ее место займет обычная хористка. "Как там выразился Призрак? "Да займет место ведущей актрисы Наследница великого композитора?" Представляет ли он хотя бы в общих чертах, чем мне это грозит? Да и всему театру." - Какая Призраку разница, к чертям собачьим? Бертолю порой казалось, что его незримый собеседник по письмам вовсе сердца не имеет, настолько суровыми были его методы воздействия. "Если б мадмуазель Фармен не вылетела с треском, я  мог бы рекомендовать ее кандидатуру, вот только бедолага не имеет особых успехов в пении."Вот только, что теперь сказать? Быть может, удастся схитрить и обойти строгие упреки негласного Хозяина?
Так кого же назначить? И главное, каким образом передать последние новости Джеммине? Скорее всего, будет не правильно агрументировать решение о смене состава "прихотью Призрака", пусть даже так обстоят дела на самом деле. - справа от жестяной миски, стоящей на самом краю стола, располагались белоснежные бумаги с планом выступления, фиолетово-синие чернила так и пестрили, многие надписи были зачеркнуты, другие - обведены карандашом. "Зрители так любят  нашу примадонну, что я им могу предложить в замен? Быть может, ни вашим, ни нашим? И главную роль возьмет Виктория, она достойная соперница нынешней Ведущей." - На деле, уже два дня, как должен быть утвержден состав выступающих на премьере, но директорам иногда разрешается переставить сроки - тут не может быть угрызений совести, слишком уж мелкое "преступление". Ото всех этих рассуждений снова начинала раскалываться голова, лоб покрылся испариной. Мужчина вновь поправил свой темно-синий фрак, салфеткой провел по шее спереди, расстегнул пуговицу на атласной блузе, смятую салфетку кинул в жестяную миску с пеплом, придавив ее парой лучин. Многочасовой недосып давил на психику. Было ощущение, что все идет наперекосяк. Месье Бертоль уже не помнил, когда в последний раз отдыхал, напряженность стала для него обыденным состоянием.


Отредактировано Провидец (01.07.2015 03:16)

0

3

Призрак, как ему раствориться в толпе, слиться со стенами? Сердце устало страдать и изливаться алой жижей. Это всего лишь кровоточащий орган. Мужчина не знал любви даже в исполнении родной матери, а все почему? Всего лишь ему суждено коротать свои дни в обличии уродца. Рене невольно коснулся шрамов на своем лице, тем пальцы едва проскользили чуть выше уха. Физический недуг уже стал восприниматься мужчиной как часть самого себя. Пальцы коснулись коросты и слегка провалились внутрь раны. Зубы впились поочередно то в нижнюю, то в верхнюю губу. Для всех Рок был дьяволом в глазах окружающих, но ученица (по крайней мере пока) держалась молодцом. А что, если мадмуазель решит проверить, что скрывается под маской? Что, если она не выдержит этого зрелища, убежит без оглядки? Пожалуй, на данный момент это был самый сильный страх Призрака. Ему столько раз хотелось прикоснуться к хрупким девичьим плечам, но... он не смел.  В том признаться сложно, но Рене дорожил своей ученицей. Лорель была единственным светлым пятном в  его настоящем, одновременно с тем и надеждой.
Его ужасно раздражало упрямство Бертоля и ведущей певицы. "Пора их научить манерам." Призрак дернул за свой рычаг и привел в действие механизм:  шестеренки со скрипом завертелись, веревка начала наматываться на катушку, расположенную наверху. Двойное днище бочек сдвинулось, оголяя второе дно, отчасти напоминающее дуршлаг и вода заструилась из отверстий. Металлический скрежет весьма успешно имитировал гром и барабанящие по металлической пластине, вершащейся желобом - звуки проливного дождя, хотя за окном кабинета директора не было и облачка.
- Напомнить, что бывает, когда не выполняют мои указания? Я и так терпел слишком долго. - Призрака не было видно, но голос был отовсюду.Звуковая система разветвлена настолько, что ты вынужден крутить головой подобно сове. Ты никогда точно не знаешь, откуда появится Хозяин Оперы и  чего конкретно от него ожидать - тоже не знаешь.
Глянцевая поверхность шкафа скрипнула, помутнела. Деревянный грохот сменился на шелест одежды. Очертания Его лица, наполовину прикрытого маской, начинало отражением проступать на глянцевой дверце шкафа. Призрак с едва слышным хрустом размял шею, повернув голову поочередно то в одну, то в другую сторону.

0

4

Джеммина Гвальдо
http://sh.uploads.ru/JGRZf.png


Рыжеволосая прима Тириосского национального театра быстрым шагом шла по коридорам Оперы, оставляя за собой лёгкий аромат духов и чувства близкой опасности. Прима спешила повидаться с директором театра, мсье Бертолем, в чьей компетентности давно уже сомневалась, да и в умственных способностях - тоже. Приближался день премьерного спектакля, а она, великая и несравненная Джеммина Гвальдо, до сих пор не получила главную роль в представлении! Неслыханная дерзость! За все пять лет, что Джеммина пела в этом величественном театре, такого ещё никогда не случалось. Сеньорита Гвальдо любима публикой, но это далеко не всё, что заставляло её блистать на сцене: девушка любила сама себя, свой голос, свою пластику на сцене, свою власть над зрителями. И внимание богатых мужчин, которые готовы бросить к её ногам весь мир, она тоже любила. Джеммина успела привыкнуть к собственному успеху и непревзойдённости своего мастерства, и не понимала, почему мсье Бертоль тянет с подписанием контракта. Неужели эти глупые слухи о призраке так запугали директора, что он сошёл с ума? Кроме себя самой Джеммина не представляла никого в главной роли, тем более, что неизменным её партнёром выступал Джулиано Виттале, к которому Джеммина уже давно испытывала нежные чувства, и не желала видеть подле этого великолепного мужчины никого, кроме своей персоны. А вот вдруг Бернар решил всё переиграть, и на главную роль назначит эту выскочку Монтре?! Джеммина аж вспыхнула от этих мыслей, и будь она способна управлять стихией, тут же бы сожгла всё в округе или загорелась бы сама. Сейчас сеньорита Гвальдо представляла из себя сгусток ярости, огня, и огненно-рыжие волосы, что летели следом за своей хозяйкой, только добавляли этого сходства с бушующим пламенем.
Джеммина шла очень быстро, почти что бежала, не замечая никого вокруг. А люди, что встречались ей на пути, испуганно шарахались в сторону и прижимались к стенам, только лишь бы не стать жертвой гнева великой певицы. Джеммина высокомерно проходила мимо, даже не считая нужным одарить этих ничтожеств хоть взглядом. Своего места, заработанного потом и собственным талантом, эта безродная девочка из Вилезии не уступит никому и будет драться за себя до последнего. О том, что великая Джеммина Гвальдо родилась в маленьком рыбацком посёлке где-то в Вилезии и её семья едва сводила концы с концами, чтобы выжить, не знала ни одна живая душа, а сама Джеммина оберегала эту тайну пуще собственной жизни. Для всех она была знатной дамой, состоявшейся оперной певицей, а репутация скандальной дивы хранила секреты девушки от посторонних. Никто ведь не желал попасть под горячую руку сеньориты Гвальдо? Многие в театре были не понаслышке знакомы со взрывным характером Джеммины, особенно её партнёры по сцене. Сколько раз Джеммина в ярости останавливала репетиции, если ей что-то не нравилось! То хористки поют неправильно, то балерины танцуют совсем не попадая в такт музыки, и всё это жутко раздражало непревзойдённую приму театра. А если Джеммина пребывала в дурном настроении, то она не стеснялась высказывать всем, что она о них думает, и уходила с репетиции посреди процесса, демонстрируя оскорблённое самолюбие. Не умеете петь - не беритесь! Джеммина была уверена, что половину хора можно выгнать, а вторую требовалось муштровать до потери пульса, пока они не будут выдрессированы настолько, чтобы понимать лично её, Джеммину, с полувзгляда.
А вот и директорский кабинет. Не снижая скорости, девушка устремилась к намеченной цели, кипя от гнева и ярости. Да как он посмел не прислать ей контракт на главную роль?! Может быть, стоит припугнуть наглеца, чтобы знал своё место, и пригрозить уходом в другой театр? Вот, недавно совсем, к Джеммине опять приходил директор Опера Дюваль, мсье Аларик Гофруа, с предложением поступить на работу в его театр. Джеммина высокомерно заявила ему тогда, что обязательно рассмотрит его предложение, да только смущала диву скромность этой самой Опера Дюваль. За пять лет Джеммина привыкла к совсем иным размахам, и не желала размениваться на что-то мелкое. Вот если бы её пригласили петь в труппе королевского театра, она бы подумала обязательно. Но припугнуть Бернара своим уходом в труппу Опера Дюваль девушка ещё как могла! Посмотрим, как Бернар запрыгает перед нею на задних лапках! Не удосужив себя стуком в дверь, пылающая яростью и обидой Джеммина ворвалась в кабинет директора и резко остановилась напротив сидящего за столом мсье Бертоля, сверля его взглядом. Ещё чуть-чуть, и директор рассыплется пеплом под этим полыхающим огнём взором вилезийки.
- Это как же понимать, Бернар?! Почему я до сих пор не получила контракт на главную роль?! - сходу начала Джеммина излагать свои претензии, не утруждая себя пожеланием доброго дня и опуская вежливое обращение "мсье" или "господин директор". Да он никто без своих актёров, и обязан Джеммине абсолютно всем, что имеет! - Почему я должна бежать к вам в кабинет и задавать такие вопросы, терять на вас своё драгоценное время, которое я могла бы посвятить искусству?! Вы, что же, думаете обойтись без меня в новом спектакле? Я, по-вашему, зря посещаю репетиции? - девушка вплотную приблизилась к директорскому столу. Оперевшись о столешницу ладонями, Джеммина нависла над Бертолем, яростно глядя на него, - Послушайте меня внимательно, Бернар. Я пришла сюда не потому, что соскучилась по вашему обществу, мсье. Я не уйду отсюда, пока не подпишу контракт на главную роль. Вам всё понятно?
Она на мгновение умолкла, шумно дыша и неотрывно глядя на оппонента. Задавила, как комара, своим напором. И поделом! Затем только Джеммина ощутила запах гари. Её лицо исказила гримаса отвращения. Выпрямившись, сеньорита Гвальдо демонстративно помахала ладонью перед своим носом, разгоняя едкий запах жжёной бумаги. Он что тут, курит, что ли?
- Фу, что за вонь! - воскликнула певица, гневно глядя на мсье Бертоля, - Что вы тут спалили? Надеюсь, не мой контракт?
Ехидства в голосе Джеммины было хоть отбавляй! Она распоряжалась в кабинете директора, как в своём собственном, поэтому ничуть не смутилась отдать короткий приказ Бертолю, не сомневаясь в том, что он будет тут же исполнен:
- Откройте окно, пока мне не стало дурно. Тут же дышать нечем.


+1

5

Бернар Бертоль
http://savepic.ru/7286573.png


Мсье Бертоль, всеми уважаемый директор главного театра королевства, с мрачным видом сидел за своим столом, не имея никакого желания шевелиться. Кажется, что сожжение записки от Призрака вымотало его посильнее иного трудового дня! А ведь впереди ещё столько забот, они всей труппой готовились к важному премьерному спектаклю, и мсье Бертоль почти не отдыхал, и всё время был на нервах. Ну ещё бы... В театре Змей знает, что творится! Убийства, несчастные случаи, и угрозы в адрес самого Бертоля. О последнем не знала ни единая живая душа, но мужчина был вымотан, истощён. Он бы с радостью окунулся в столь привычные ему будни директора большого коллектива, ведь на нём была огромная ответственность, и за людей в его подчинении - в том числе. И вот, если бы ни эти дурацкие записочки с угрозами!.. Бернар с силой выпустил воздух из лёгких, сжал подлокотники креста так, словно в его пальцах была зажата не древесина, из которой было изготовлено его кресло, а, по меньшей мере, шея главного на сегодняшний день врага - Призрака Тириосской Оперы. А ведь этот таинственный покровитель театра, если его вообще можно назвать покровителем, не шутит. И если Бернар не примет его условий, в театре с кем-нибудь случится беда. Этот демон, что поселился в стенах Оперы, идёт по головам ради достижения своей цели. Если хоть кто-то пострадает после получения этого письма, Бернару только и останется, что снять с себя самого полномочия директора и уйти в отставку, отдав управление театром новому спонсору, графу Веланкуру.
Бернар раз за разом прокручивал в памяти текст только что сожжённого письма, и чем больше он себя накручивал, тем сильнее портилось настроение. Директору отчаянно захотелось найти того, кто так жестоко шутит над ним, и вытолкать взашей из театра. И тогда тут точно наступит покой, никто не будет пугать юных девушек шорохами по ночам, а слухи о поселившимся в Тириосской Опере Призраке сами собой сойдут на "нет". Чего он добивается, этот, так сказать, "хозяин" Оперы? Довести директора до нервной болезни или вовсе выжить его из театра, и творить тут, что пожелает? Эта мысль злила мсье Бертоля, и будь он не так вымотан, то точно вскочил бы на ноги и кинулся вон из кабинета, чтобы поговорить с рабочими сцены о том, что они знают о Призраке, а то и собрать мужчин покрепче и отправиться на облаву. Сегодняшнее послание Призрака перешло все границы. Какую-то невзрачную девочку - на главную роль в спектакле?! И что с ним, с Бернаром Бертолем, сделает Джеммина, и подумать страшно. У Бертоля заранее начинала болеть голова и мутиться сознание, стоило только подумать о скандале, который устроит ему вилезийка. И в это время в директорском кабинете послышался странный шум, очень похожий на стук капель о жестяную крышу во время дождя. Мужчина нахмурился, даже кинул взгляд на окно. Да нет, дождя не наблюдается. Тогда откуда же шум? Бертоль резко обернулся на звук чужого голоса, раздавшийся в кабинете, но с удивлением обнаружил, что он по-прежнему тут один. А звук шёл словно со всех сторон. Немыслимая дерзость! У этого проходимца, что прячется в театре и рассылает записочки и угрозами, оказывается, есть какой-то доступ к директорскому кабинету. Даже сюда добрался! Есть ли в театре хоть одна комната, куда бы не смог добраться Призрак?! Вторжение в кабинет, да ещё таким образом, разозлило Бертоля пуще прежнего. Он с ужасом уставился на стенку шкафа, в лакированной поверхности которого словно бы проступил образ мужчины с полумаской на лице...
- Пошёл вон, - сквозь зубы процедил доведённый до отчаяния директор Оперы этому странному отражению. Следующее решение пришло в голову само собой: Бернар не останется в этом кабинете, он переедет в другую комнату, но сперва тщательно исследует её пол, стены, и потолок, чтобы не было потом таких вот сюрпризов. И шкаф этот он изучит, даже от стены отодвинет, а потом самолично разрубит дерево на куски и сожжёт, - Ты не получишь того, чего добиваешься. Роль я отдам Джеммине, а не твоей хористке. А будете настаивать на своём, мсье, я выгоню вашу протеже из своего театра, - уже гораздо спокойнее добавил Бертоль, решив не поддаваться на провокации типа в маске, - И вы последуете за ней.
Едва Бертоль успел договорить свою злую тираду, как дверь кабинета с грохотом распахнулась, и на пороге показалась Джеммина Гвальдо, собственной персоной. Бертоль чуть за сердце не схватился, и ужасом глядя теперь уже на приму театра. Ну что за день такой! И выставить её вон из кабинета не получится. Директор театра заметно побледнел, когда девушка приблизилась к его столу и нависла над его многострадальной головой: Джеммина словно не замечала ничего особенного в кабинете, и хорошо! Бернару было даже страшно представить, что будет, если его самая прекрасная актриса вдруг заметит отражение Призрака, взявшееся вообще неизвестно откуда, на стенке простого, самого обычного шкафа. а то ещё, не дай Боги, услышит голос Призрака... Мсье Бертоль едва удержался от желания вжаться в кресло, а то и заползти под стол, когда Джеммина заговорила. Вот только этого ему и не хватало для полного счастья. А вилезийка была полна решимости вырвать из его рук контракт на главную роль! К слову, контракт этот хранился в сейфе, ключ от которого Бертоль носил с собой, но теперь директор был вовсе не так уверен в том, что бумаги и документы находятся в полной безопасности и неприкосновенности в его кабинете.
- Мадемуазель, Джеммина, душенька, успокойтесь, - зачастил Бернар, когда Джеммина умолкла, - Произошла ужасная накладка с документами, я ещё не успел оформить ваш контракт, - какая чушь! Многоопытная Джеммина тут же распознает подвох, а говорить ей правду никто не собирался, - Успокойтесь, прошу вас, - с этими словами Бертоль поднялся со своего кресла и подался вперёд, чтобы поддержать девушку за локоток, но в ответ получил такой яростный взгляд, что чуть было не отшатнулся от Джеммины.
Открыть окно? Ох уж эти капризные женщины! Бернар даже не чувствовал дыма от сожжённой бумаги, а она вот... нос воротит. Тем не менее, мужчина шагнул к окну, чтобы распахнуть створку и впустить свежего воздуха в кабинет, заодно и время потянет. Когда всё было сделано, Бертоль обернулся, мельком глянув на стенку шкафа: не испарился ли призрачный образ?


0

6

'Посыл прочь, куда подальше. Что может быть проявлением трусости в большей степени? Директор уже не можт справляться с ситуацией давно, что заставляет его дерзить и бесться, нападать на персонал, придираться к документом, рвать и уничтожать ни в чем не повинные бумаги. Наигранная агрессия Бертоля вызывает презрительный смех, столь звучный и раскатистый, как и звуки имитации набирающего силу  дождя. Бернар напоминал Пизраку загнанного в угол котенка, который встает на голову и шипит, не скрывая своего разочарования, но и столь же беспомощного перед когтями коршуна. Директору не скрыться. Что стоит Рене проложить систему послушивания рядом с соседней стеной? Металлически скрежет тонких труб, служащих Призраку не более чем детским конструктором, заставит этого параноика взвиться на дыбы еще сильнее.
Слова цыганки из подворотни, вероятно, столь же эмоциональны, как и угрозы юной вилезийки. Кем она себя возомнила, мной?! Поведение примадонны довольно бесцеремонно и, хотя у нее другие рычаги воздействия, смуьянка способна навести шума на пустом месте. Запросы рыжеволосой слишком предсказуемы, но даже на нее найдется управа. Значит, война. Они сами напросились, я предлагал им разойись по-хорошему. Жаль, Бертоль не понимает намеков. - Призрак счел бы за честь уронить на голову смутьянке какой-нибуд торшер, пусть даже это  приведет к выплеску весьма горячего газа. А тот дешевый трюк с зеркалом напротив глянцевого шкафа слишком легко предотвратить, всего лишь накинув ткань на одну из отражающих поверхностей. Еще немного, и Лувиллини выйдет из своего укрытия прямо в кабинет директора. Он бы может простил любую дерзость, но только не в адрес возлюбленной! "Как они смеют оскорблять дитя искусства?!" - Оскорбленное достоинство бурлило в жилах Призрака, доводя его гнев до пика. Да, его сумели задеть за живое, но сломить? Никогда!
- А нет никакого договора. Опоздала, девочка! Бертоль здесь никто, я сам назначу выступающих! - зычный голос,раздавшись отовсюду, разезал пространство. Наверно, Призрак еще никогда не был так зол. В специально заготовленную нишу он щелкнул огнивом, искры соскочили на фитиль. Стоявший рядом со шкафом сейф в виде жестяной коробки подался запущенной в него  энергии. Взрыв покорежил дверцу и наделал шума, подпрыгнул на месте, слегка оглушив присутстующих. Пусть думают, что хотят, пусть решат на самодеятльость, на спецеффекты, что длжны опалить сцену двумя неделями позже. -  А нет твоего договора! Я все уичтожил ты уволена. - Призрак говорил это с нескрываемым наслаждением, довольно грозно. Его разозлили не на шутку и он почти был  готов спалить театр, а все почему? Не стоило касаться священного для Рене имени Лорель Аделис.
- Ну же. Что ты теперь скажешь, Бернар? Признай же наконец, ты проиграл. Подчинись моей воле. - Сейф все еще дымился. Может быть, там уже нет никаких бумаг? А может, на договорах уже срасуется подпись Рене напротив имени хористки, как актрисы, заявленной на главную роль? Хитрец способен на многое, лишь бы добиться своего. Он слишком долго ждал своего места на пьедистале,чтобы отступать теперь, к тому же, на все сто процентов уверен в том, что Лорель его не подведет.

+1

7

Джеммина Гвальдо
http://sh.uploads.ru/JGRZf.png


Джеммина была прекрасной актрисой, и изобразить могла, что угодно: от вдруг нахлынувшей дурноты и до восторженного блеска в глазах. Сейчас выведенная из себя долгим ожиданием сеньорита Гвальдо притворялась только наполовину. У неё успела разболеться голова за те несколько минут, что она находилась в кабинете Бертоля, да ещё этот странный дробный шум, словно дождь барабанил по карнизу за окном, добавлял женщине неприятных впечатлений. Сначала Джеммина не обратила на это никакого внимания, занятая вытряхиванием из директора причитающегося ей контракта на главную роль, но потом, в наступившей тишине, прима обратила внимание на противный повторяющийся звук. Она перестала изображать, что вот-вот рухнет в обморок, и уставилась своими зелёными глазами на Бернара. А тот выглядел... не очень-то. Бледный, дёрганный, словно чего-то боится. Рыжеволосая женщина упёрла руки в бока и по-хозяйски поинтересовалась:
- Что это тут у вас стучит? Ужасный звук. Вы, что же, горох просыпали или ещё что?
Она отметила, что Бернар побледнел ещё сильнее, но при этом почему-то не спешил предоставлять Джеммине её законную главную роль в спектакле, и девушка не понимала, почему он тянет. Джеммина только фыркнула, услышав в свой адрес "душечку". Ну сейчас она устроит такой скандал, что не только директору Оперы икаться будет! Голова сеньориты Гвальдо раскалывалась от монотонного звука, который словно шёл со всех сторон, но где был его источник, девушка не понимала. Она снова окинула взглядом кабинет Бертоля, но ничего такого не углядела. Разве что чудак Бернар что-то прячет под столом, но зачем ему это? Неужели директор окончательно сошёл с ума? Джеммина тряхнула копной рыжих волос, и с непередаваемым вилезийским темпераментом снова набросилась на несчастного Бертоля:
- Бернар, что вы стоите? Я жду, когда вы положите передо мной контракт. Я за этим сюда и пришла. Не заставляйте меня ждать ещё дольше. И прекратите уже играться, голова трещит от этого шума.
Девушка едва заметила, что Бертоль, всё-таки, открыл окно по её просьбе, и за это она его, пожалуй, даже помилует, не будет очень громко кричать на него. А силу голоса сеньориты Гвальдо знал весь театр: когда актриса хотела, она могла заставить дребезжать стёкла в окнах, чем и гордилась. Бертоль, нахал, даже не предложил даме присесть в кресло, не предложил бокала вина. Ведь перед ним не какая-нибудь там хористочка, а сама прима, ведущая актриса главного театра королевства! Своё положение Джеммина всякий раз стремилась подчеркнуть, и только вынужденная мера заставляла её обращаться сейчас к директору. Женщина набрала в грудь новую порцию воздуха, чтобы вновь обрушить свой гнев на директора театра, но чуть не подавилась, услышав чей-то голос. Мужчина, крайне раздражённый, нёс какую-то околесицу. Сначала сеньорита Гвальдо опешила, уставилась на Бертоля, но тот, кажется, пребывал в таком же шоковом состоянии, что и Джеммина. Затем прима разозлилась уже на этот жуткий голос. Откуда он слышится? Женщина принялась озираться по сторонам, даже на потолок посмотрела. Очень странно, они же с Бертолем тут одни. И только потом до Джеммины дошло, кто с ними говорит. Это же...
- Призрак... - смертельно побледнев, едва слышно вымолвила вилезийка.
Он явился сюда, чтобы лишить её роли? Но зачем? Какое бы дело бесплотному духу до живых людей? Никогда прежде, пожалуй, Джеммина не сталкивалась с Призраком так близко. Он пугал труппу театра, заставляя их работать не покладая рук, словно могущественный властелин муштровал своих рабов, а теперь явился сюда, и... Джеммина вслушивалась в слова незримого покровителя Оперы, сжимала кулаки в бессильной ярости и переводила взгляд на хозяина кабинета.
- Глупости! - наконец вскричала прима, подскочив к Бертолю и едва не хватая его за лацканы его сюртука, - Бернар, сделайте уже что-нибудь, не стойте столбом! - в этот момент Джеммина была готова поклясться в том, что директор находился на грани обморока. Женщина отвесила Бертолю пару звонких пощёчин, чтобы привести его в чувство.
Бросив это занятие, Джеммина резко обернулась лицом к кабинету, ища взглядом Призрака. Её дрожащие от возмущения руки нащупали что-то тяжёлое на столе директора, и в шкаф полетела сначала пепельница, а затем и стеклянная ваза с пожухлыми цветами и застоявшейся водой. Ваза разбилась на мелкие осколки, но гнев Джеммины нисколько не уменьшился.
- Я не девочка! Не сметь так обращаться ко мне! - выкрикнула дама с заметным вилезийским акцентом. Джеммине, конечно же, было лестно, когда ей говорили о её свежести, красоте и молодости, но возраст примы уже приближался к тридцатилетию, и певица прикладывала массу усилий для того, чтобы эту самую красоту сохранить. Она уже была не в том возрасте, чтобы быть "девочкой". Это презрительное обращение задевало рыжеволосую приму до глубины души, и она не сдержалась. Схватив со стола ещё и тяжёлое папье-маше, женщина запустила его следом за вазой: - Я не уйду, пока не получу своего!
В следующий миг прогремел взрыв: сейф, стоящий в кабинете директора, подорвался сам собой. Джеммина испуганно уставилась сначала на сейф, потом на Бертоля, и опять взвилась:
- Да что же это такое?! Я не уйду, и плевать на ваш сейф, Бернар! Давайте, составляйте новый контракт, я подпишу его, и сразу уйду.
Певица была возмущена до глубины души: сначала её обозвали "девочкой", словно она никто, потом заявили о том, что она уволена... Что за чушь?! Директор театра всё ещё мсье Бертоль, и только он может увольнять сотрудников.


0


Вы здесь » Интриги: сплетение судеб » Национальная Опера » Меж двух огней. 27.03.3652г.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC