Интриги: сплетение судеб

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Интриги: сплетение судеб » Флэшбек » Мы так похожи - надо держаться вместе. июль 3642 год


Мы так похожи - надо держаться вместе. июль 3642 год

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

● Название эпизода: "Мы так похожи - надо держаться вместе"
● Время действия: июль 3642 год
● Место действия: королевский дворец Дарума и его окрестности
● Участники: Элеазар Мореа (10 лет), Даниэль Келети (18 лет)
● Краткое описание:
Королевские семьи Келети и Мореа дружат уже около тридцати лет с тех пор, как последние помогли первым занять трон Дарума. Высокие титулы ничуть не мешают простым человеческим отношениям, потому что правители, как бы странно это ни звучало, тоже всего лишь люди. Этим летом Фабрициан Мореа решил нанести неофициальный визит царственному другу, и прихватил с собой супругу вместе со старшим сыном. Однако, какому ребенку интересно чинно сидеть на месте и слушать разговоры старших? Присмотреть за принцем Элеазаром поручили младшему отпрыску короля Ульрика. И так, пока взрослые решали свои дела, младшее поколение искало общий язык, попутно находя приключения на свои титулованные мягкие места.

+1

2

Все началось с момента, когда ему сообщил отец о том, что он едут в другой город в гости. Его радости и восторга не было предела. Глаза Элеазара горели, он буквально весь издергался. Однако ему пришлось успокоиться, один брошенный на него взгляд отца, и ему становилось не по себе. Элеазару казалось, его лишили чего-то важного. Его веселости. Почему папа его не понимает? Постоянно, ощущает себя потерянным. Может, он просто не хочет с ним общаться? Много разных мыслей было в его голове. Он недовольно насупился, показывая, что я обиделся. Я хочу радоваться и начать собираться в путь. Когда папа ушел из моих покоев, я спрыгнул со стула я подошел к столу с выдвижными ящичками. В них я прятал от папы карту. Я попросил ее, для меня нарисовать, мне хотелось посмотреть на другие города на ней. Сняв с шеи ключик вставив, его я, услышал щелчок, я улыбнулся довольный. Если бы о ней узнал он ее у меня забрал бы, а я этого не хочу.  Выдвинув один из них, я вынул бумагу осторожно свернутую и обвязанную шелковой ленточкой. Разведав ее, я на полу, на толстом мягком ковре положив несколько книг, на них открыл карту. Осторожно дотрагиваясь до нее пальцем, провел по изгибам, линиям, что вели в тот город, в который мы поедим днем. Мне он уже нравился я ощущал восторг радость и что-то еще, о чем я и сам еще не мог знать, но мне хочется уже оказаться. Я никак не успокоюсь, радуюсь. Однако, шаги за дверью, я услышал, пусть они еще далеко, но я уже знал, что кто-то идет ко мне. Я не ошибся, эту поступь ее я не спутаю, не с какой другой, это папа. Я вздрогнул и посмотрел на себя, на мне еще была пижама, которую я все еще с себя не снял и не переоделся. Вскочив на ноги, я чуть не задел карту, я свернул ее, не успел лентой обвязать карту.  Он быстро закинул ее в ящик и, обернувшись, схватил ленту, лежащую на полу, рядом с ним и закинул ее в ящик. Элли закрыв свой тайник на ключ, который вынул с шеи и снова надел его, на себя пряча его. Книги, лежащие на полу, он, взяв их с пола, успел добежать до полки, и поставить их на место ровно, чтобы папа ничего не заподозрил. Шаги были все ближе и ближе они буквально заставляли меня дергаться. Я буквально метнулся к кровати и успел присесть на нее. Мой взгляд увидел на лежащую, на ковре книгу, которую он в спешке забыл убрать. Страх засветился в моих глазах, но постарался, как мог их убрать из них. Элеазар боялся папу, ведь он не любил когда Элли брал эти книги с полки. Я не мог спрятать ту, что лежала на полу. Дверь резко открылась, принц заметил стоящих по стойке смирно гвардейцев, около его опочивальне. Так же быстро как открылась, так и закрылась дверь. Папа вошел ко мне. Его взгляд мне не понравился, руки  принца сжались в кулаки.  Элли держался, как мог, чтобы не испугаться, но не мог смотреть в глаза папе. Первым делом, он осмотрел на принца, да он знает, что все еще Элли находится, в ночной сорочке и сижу на кровати. Элеазар молился об одном, чтобы отец,  не заметил книгу, она лежала буквально под его ногами. Ведь стоит сделать пару шагов, и он наступит на нее. Я следил за его шагами, буквально вздохнув воздуха, я не мог даже дышать. Все же, наверное, я слишком многого хотел. Папа прошел, эти шаги и наступил на книгу, я буквально съежился, когда его взгляд опустил вниз. Я проследил за ним и в моих глазах все-таки ворвался страх. Взяв книгу в руки, папа начал ее листать.  Он не отрывал от него своего взгляда. Элли знал, что скоро произойдет и все начнется снова. Резко захлопнув книгу, Элеазар буквально вздрогнул и еле удержался, чтобы не вскрикнуть. Рука папы буквально двумя пальцами взял за край книги, развернувшись, он, бросил ее в огонь. Книга медленно исчезала в пламени огня, сгорая вся без остатка, ничего от нее не осталось только, один пепел. На  глазах принца, выступили слезы. Ему хотелось плакать, он  не знал, что папа такое может сделать. Он только что уничтожил на глазах принца, одну из книг, что  так нравились Элеазару. Элли  поднял голову, папа подошел к нему  и резко наотмашь ударил Элли по щеке.  Его голова дернулась назад, руками принц удержался, чтобы не упасть. Он видел на лице его собственного  отца злость и ярость. Элли не мог, этого всего понять, почему он так к нему относится. Папа позвал двух камердинерам, приказав им меня одеть и приготовиться к поездке. Сам вышел из  опочивальни, резко закрыв за собой дверь. Картинка слегка затуманилась Элеазар,  открыл глаза и понял, что сейчас он  сидит в карете, а не во дворце. Поездка чем дальше, тем мучительней становится. Папа даже не заглядывает, чтобы узнать как он. Наверное, Элли ему не нужен, принц  своего отца  не понимал, что Элли делает не так? Почему он его  не любит?  Все вопросы Элеазара, которые он  не может понять. Элли ведь что-то чувствует все  отношение отца к нему. Элеазару больно, он один.  Ему же хочется теплоты папы, чтобы он был с ним рядом, просто показал, что ему не все равно, на его собственного сына Элеазара. Вздохнув, принц повернул голову к окну. Пейзаж меня больше не радовал как некоторое время назад. Но все равно смотря на них, я ощущал их величие красоту, что меня будет завораживать все мою поездку.
Принц провожал их взглядом, даже на один миг, заметив птицу, что своим криком пролетела, где горы, Элли заворожено следил за ее полетом. Ему казалось, в этом есть своя красота. Но пора снова окунуться в настоящее, что давило на меня тяжелым грузом. В своей груди, Элли чувствовал кулончик, с которым принц не расставался, это все, что у него было от его мамы, единственное,  что он мог носить, не забывая ее. Именно там тот самый ключик, спрятанный от папы он внутри миниатюры. Принц снова, на время, заснул все-таки усталость и долгость нашей поездки на Элли сказывалось. Недосып и укачивание говорили сами за себя, но принц, никогда не жаловался, не плакал, и не стонал, он помнит, слова папы.  Ему не положено быть слабым больным, он должен быть сильным, готовым ко всему,  чтобы с ним может произойти. Элли проснулся от того, что они резко остановилась, он чуть не упал с сидения на дно кареты.
Нам было сообщено, что мы приехали к дворцу, чем я был рад, что мучения трех недель в карете закончились. Открыв дверцу кареты, ему помогли выйти из нее. Элли уже перестал что-то говорить.  Он помнит слова отца, что это их обязанность. Их сопроводили в королевство, где их уже ждали, он шел рядом с папой, Элеазар смотрел на него с радостью, что показывал ему.  Элеазару  хотелось, чтобы отец, посмотрел на  сына, но хоть один раз. Папа повернулся к нему и впервые за это время, ему улыбнулся. Элеазар, был обрадован в  глазах принца, был восторг и гордость за папу.  Они вошли во дворец. Принц видел, что здесь немного не так, как у них. Взгляд Элли, осматривал стены, картины, масленые лампы, как и у них, но они были намного светлей не такие мрачные как у них. Вскоре их пригласили в неофициальный зал. Королевские  семьи дружат и, наверное, его отцу,  надо что-то обсудить с королем этой страны. Мальчику,  не хотелось ждать, не хотелось сидеть на одном месте. Заметив его суетливость, папа посмотрел на него с какой-то холодностью, сжав губы.  Элеазар, понимал, что снова делает, что-то не так, но что именно он понять не мог.  Мальчик, просто решил сидеть, спокойно пытаясь показать себя с хорошей стороны, чтобы папа гордился им. Через некоторое время, к ним пришел король с женой и старшим сыном. Они им представились, но, к сожалению Элеазар, даже не услышал их имена. Он понимал, что ему не хотелось здесь больше находиться.  Принц  устал от длительной поездки, и ему,  было скучно, но Элли, не имел права все это показывать. Старался улыбаться вежливо, как подобает принцу, хотя он больше уже не мог. Но Элли должен был и обязан показать папе, что он может быть его сыном.

+1

3

Звон клинков далеко разносится в застывшем воздухе, усиленный эхом каменных стен двора. Два человека сошлись в поединке на тренировочной площадке. Один из них, высокий темноволосый юноша, был младшим принцем; другой - немного пониже, с коротко стрижеными светлыми волосами и поджарым мускулистым телом - выглядел раза в два старше, но двигался поразительно легко и грациозно, столь быстро проводя атаки, что партнеру с трудом удавалось отбивать их. Выпад, отскок, отбить в сторону летящую в плечо рапиру и тут же уйти вниз, пытаясь достать на миг открывшуюся цель. Не вышло! И снова защита: грудь, голень, живот, рука, так стремительно, как если бы противник был не человеком. Он ударил двойным вилезийским; Даниэль увернулся, одновременно вскидывая шпагу для контрудара, но сделал это слишком медленно. Клинок противника скользнул вдоль руки и ощутимо ткнулся в правый бок. Снабженный специальным навершием, он, конечно, не мог нанести хоть сколько-нибудь серьезную рану, но синяк наверняка останется.
- Вы убиты, Ваше Высочество, - констатировал победитель. - Снова.
- Сегодня не мой день, - Даниэль откинул со лба выбившуюся из хвоста прядь волос и досадливо поморщился. Третий раз за сегодняшнюю тренировку он терпит поражение, в то время как сам успел нанести противнику лишь несколько легких ударов.
- Вас по-прежнему подводит реакция. Слишком много внимания уделяете своему оружию, забывая следить за мной. Сосредоточьтесь!
- Дайте мне пару минут, - в отличие от своего учителя, юноша тяжело дышал, на лбу выступили капельки пота. Он вытер их тыльной стороной одетой в кожаную перчатку ладони.
- В настоящем бою враг не станет ждать, когда вы отдохнете. Проявление слабости - верный путь в могилу, так что боритесь с ней. К оружию! – и, не дожидаясь ответа, мужчина стремительно атаковал. Даниэль с тяжелым вздохом принял стойку, чтобы тут же уйти в глухую оборону до более удачного момента.
Еще два года назад младший сын дарумского короля считал, что отменное владение шпагой ему ни к чему: становиться военным он не собирался, опасности обходили стороной, да и рядом всегда был кто-то из охраны. Но после того, как едва не погиб, попав в руки контрабандистов, он изменил свое мнение. Тот, кто стал его наставником - граф Тибольд Такеш, командир внутренней разведки, - по праву считался лучшим фехтовальщиком Дарума. Дани не сомневался, что давать ему уроки он согласился только из уважения к титулу отца - господин Такеш предпочитал сражаться с реальным противником, а не натаскивать зеленых юнцов, худо-бедно обученных держать шпагу. Учитель из него вышел еще более беспощадный, чем первый воспитатель принца. Если бы не давние тренировки под руководством офицера в течение многих лет, Его Высочество просто не выдержал бы нагрузки. Ему и так трудно было поспевать за мастером, из-за болезни он быстро выдыхался, терял концентрацию. Впрочем, жаловаться не входило в его привычки, а Тибольд действительно знал свое дело. За два года их занятий Дани заметно окреп, научился вполне неплохо владеть шпагой. Он знал, что учитель доволен им, хотя и не показывает этого. Будь иначе - никакой король не заставил бы его приходить сюда через день.
Блок, быстрый выпад, отшаг в сторону с разворотом и удар сбоку, в последний момент резко меняя направление. Главное не думать, задумаешься - пропустишь укол. Надо чувствовать свое оружие, быть частью его, успевать отражать удары противника и одновременно выискивать малейшую брешь в его защите, невзирая на усталость и струящийся по вискам пот. В такой момент всегда открывается второе дыхание, принося с собой шанс на победу.
Но не в этот раз.
- Ваше Высочество! Господин Даниэль!
Юноша обернулся на оклик, и тут же получил болезненный укол в грудь.
- Внимательность - прежде всего! - жестко припечатал учитель. - Настоящий враг не отойдет в сторонку, пока вы решаете свои дела. Сначала он, потом все остальное. Вы убиты - в четвертый раз, - подвел он итог.
Даниэль раздраженно тряхнул головой. Тибольд, несомненно, прав, и винить в этом следует уж никак не мальчишку, мнущегося на краю тренировочной площадки.
- Чего тебе? - вопрос прозвучал недружелюбно, но юный слуга и сам уже понял, что помешал.
- Его Величество просит вас явиться в Малый зал! - виновато затараторил он, - Прибыли иностранные гости, которых он ждал.
Ах, да, эти иностранцы... Из Нора, кажется. Сам король со своей семьей решил нанести Даруму неофициальный визит вежливости. Дани знал, что его дед обязан отцу нынешнего норийского правителя троном, и вот уже тридцать лет с тех пор две венценосные семьи связывают крепкие узы дружбы. Ему даже доводилось бывать в далекой западной стране, но, разумеется, не при дворе, а всего лишь на побережье Лазурного моря, и то инкогнито. В деловые поездки Его Величество Ульрик Келети никогда не брал младшего сына. Наверное, у него были на то серьезные причины. Когда принц был помладше, он строил свои предположения, одно хуже другого, и страшно переживал, но теперь стал принимать решения отца как должное. Знал, что тот ни в коем случае не стремится намекнуть на происхождение отпрыска - просто он гораздо старше, мудрее, и знает, что делает.
- Господин Такеш, закончим на сегодня? - Дани вопросительно глянул на учителя. Не удивился бы, скажи он, что в настоящем бою никто не будет давать подобных разрешений, но Тибольд с усмешкой отсалютовал шпагой.
- Слово короля закон для нас. К тому же, вы все равно уже мертвы. Ступайте, обмойте свою душу хорошим вином в компании высоких гостей. Но запомните, - он сжал руку Даниэля, забирая у него клинок, и цепко посмотрел в глаза, - в следующий раз вы останетесь живы.
Юноша склонил голову в знак уважения. Он почитал фехтовальщика почти так же, как и отца.
- Я приложу к этому все усилия. Скажи отцу, что я приду, как только приведу себя в порядок.
Последняя фраза предназначалась слуге, и мальчишка, с готовностью кивнув, умчался прочь. А Даниэль, проводив взглядом учителя, что уходил в другую сторону, принялся расстегивать ремни защитного кожуха. Заставлять королей ждать не подобает, даже если ты сам принц...

- Его Величество король Ульрик! - провозгласил церемониймейстер, едва только распахнулись двери Малого зала, где вот уже четверть часа томились в ожидании иностранные гости. - Ее Величество королева...
- Оставь это, - оборвал излияния "величество". - И уберитесь все отсюда, сейчас нет необходимости.
Церемониймейстер отвесил низкий поклон.
Король вошел в зал - высокий статный мужчина с идеальной осанкой и пронзительным взглядом. Он выглядел гораздо моложе своих пятидесяти лет и только немного начинал седеть, но глаза выдавали немалый опыт. На золотых пряжках его густо-синего камзола играли блики от пылающих в люстре свечей. Вместе с правителем была его жена, красивая, несмотря на возраст, благородная женщина, и старший сын, как две капли воды похожий на отца. Они оба остановились чуть поодаль. С минуту Ульрик молча разглядывал гостей, словно пытаясь тут же, с порога, оценить изменения, произошедшие с их последней встречи. Потом склонил голову в подобающем приветствии.
- Рад принимать вас на своей земле, дорогие Мореа. Да будет эта встреча отмечена благословением богов, наших и ваших, - он чуть помедлил, потом вдруг широко улыбнулся, отбросив всякую официальность. Шагнул вперед и заключил старого друга в крепкие объятия. - Фабрициан, - Ульрик довольно чисто говорил на языке гостей, но сложное имя норийца произносил все-таки на свой лад, - как же я рад снова видеть тебя, хитрый лис! Ты ехал слишком долго. Госпожа Еонелле, - он запечатлел легкий поцелуй на руке дамы и наконец-то повернулся к своей семье, так и ожидающей возле дверей. - С моим старшим сыном Геллертом вы уже знакомы, в прошлый раз мы приезжали к вам вместе. А это моя супруга, госпожа Изабелла. Ну, проходите же.
В Малом зале не было трона. Это помещение испокон веков отводилось для неофициальных встреч с высокими лицами, поэтому обстановку его составляли мягкие и удобные бархатные диваны, на которых и расположились гости с хозяевами после необходимого обмена приветствиями.
- Как вы добрались? - поинтересовался Ульрик, поочередно обводя взглядом норийцев. - Наверное, устали с дороги. Если желаете, вас прямо сейчас сопроводят в подготовленные покои. Или, может быть, сначала приказать подать обед?
Он не успел закончить, как дверь зала снова отворилась, и на пороге возник юноша - те же благородные черты лица, что у отца и брата, та же горделивая осанка. Пожалуй, его отличал только более темный цвет волос и голубые глаза. Юноша выглядел изящно и аккуратно, как подобает принцу, и не скажешь, что еще минут двадцать назад он усердно размахивал шпагой.
- Мой младший сын, Даниэль, - с улыбкой представил Ульрик, указав вошедшему на место слева от себя, рядом с Геллертом.
- Прошу простить меня, я задержался на занятии, - у юноши был мягкий бархатистый голос. - Ваше Величество...
Он поклонился сперва своему отцу, потом гостям. Сдержанный изучающий взгляд прошелся по мальчику, очевидно, наследнику Нора, и Дани занял свое место.

+2

4

Каждый миг, что проходил мимо Элеазара, казалось некой томящей боли в груди, мальчик пытался сам оправдать своего отца, за то, что он с ним, был не таким, как когда-то хотелось мальчику. Кажется ведь, если ты один единственный сын у отца, значит, тебя должны любить, но все чаще Элли видел совершенно другое к себе внимание. Сейчас ему стоило, больших усилий для того, чтобы, не крутить головой, не вертеться, а сидеть смирно и с прямой осанкой. Вот скажите, как может десятилетний мальчик сидеть как солдат по стойке смирно? Никак, даже если он этому хорошо обучен, ведь спина затекает так, что потом, выходит, не разогнуться. Взгляд Элеазара везде пробегал по убранству королевства. Здесь ему нравилось то, что здесь в этой комнате была намного светлей чему них. С правой стороны от мальчика, были двери, ведущие в другой зал, или комнату, рядом с той, в которой они с отцом сейчас сидят. Впереди свешивались красивые хрустальные люстры, почти до самого пола. В них было что-то притягивающее, и Элеазар не мог от них отвести свой взгляд. Ему казалось, что в этих искрах света, что-то может быть. Наверное, слишком долгое время мальчик был притянут к люстре, от которой не мог отвести свои глаза. Только покашливание рядом сидящего отца, заставило мальчика вздрогнуть, голову вжать в плечи, и покраснеть. Он повернулся, и посмотрел на отца. Элеазар знал, что сейчас увидит, какой красноречивый взгляд. Испуганным лицом Элли повернулся, и как мальчик предполагал он увидел его лицо. Если бы они сейчас были дома, то, отец просто дал бы пощечину ему, за то, что Элеазар вдет себя не так, как подобает Его Высочеству, но учитывая, что они в гостях, то отец этого никогда не сделает, при людях. Тем более что они наши друзья. Элли не особо вслушивался в разговор взрослых, просто наблюдал за ними. Если бы папа знал, как иногда ему становится тяжко, когда он совершенно один. Ведь ему так хочется тепла нежность заботы от своего единственного папы, а в ответ все только плохо заканчивается. Элеазар, слегка пошевелился сидя на стуле, от того, что ему становилось не так легко сидеть на одном месте. Но пришлось перестать елозить, Элли не хотел от папы услышать плохие слова, которые всегда относятся к нему. Впервые принц почувствовал себя никому не нужным, и про него просто забыли, но это не так, папа постоянно смотрит на то, как и что Элли делает. Мальчик еле сдерживался, чтобы не заплакать, от того, что он для папы, никто, он всегда оставался в комнате своей один, оставленный в одиночестве. Почему у папы никогда, не было, и не находилось времени, прийти, узнать, спросить просто как его сын. Очевидно, все-таки королевские дела папы всегда были важней и стояли на первом месте, поэтому и времени у него на Элеазара никогда не было. Поэтому каждый вечер и день, принц проводил свое время над разными книгами, которые ему было запрещено читать, и карты с городами, которые ему не надо было знать. Если даже так, тогда почему папа все еще говорит мне быть настоящим принцем своего государства, если сам, почти ничего не учит своего сына. Вздох не громкий, но он был, заставил посмотреть мальчика на папу и, заметив, что тот не обращает, на него свое внимание, опустил плечи. Ему даже казалось, что ушла тяжесть, что он все это время ощущал на себе. Но ведь все не так быстро пройдет. Ему снова пришлось, сделать величественный взгляд, и показать что он принц. Когда папа вернулся на место присев рядом с сыном, в комнату вошел молодой человек, он бы старше Элеазара.  Вот для мальчика было интересно смотреть на него, буквально не отводя взгляда. Элли слышал, как зовут этот младшего принца, оказывается, он тоже не старший, но все равно, что-то Элли притягивало к нему, принцу казалось, что от этого юноши, чувствовалась сила, изящество, преданность, и что-то такое, что было просто невозможно понять. Но именно эта таинственность, не похожая на других, притягивало Элеазара, как мотылька, хотелось познакомиться поближе, мальчику нравилось эта непохожесть. Его имя было Даниель. Отец встал для того, чтобы представил другу и его королевской семье своего единственного отпрыска семьи.
-Разрешите вам представить, моего единственного сына и наследника трона Норы. Элеазар Мореа. Принцу пришлось встать, он спустился со стула, стараясь смотреть на всех своими глазками. Боясь снова что-то сделать совсем не так. Когда официально все были представлены, Элеазар, наконец, присел обратно. Слегка сжав руки мальчику захотелось, выйти из этой комнаты, ему надоело, сидеть просто так здесь и слушать разговор, который мальчик не понимает совсем. Но встать и уйти просто так, он не имеет права, учитывая своего отца. Снова Элеазар стал шевелиться, елозить по стулу, ему хотелось выбраться и погулять осмотреть замок. Мальчик, обернулся, надеясь, что папа его не успел заметить то, ка он себя ведет. Когда его взгляд встретился с отцом, и он на него хмуро и немного злобно посмотрел, что Элли захотелось свернуться в клубочек и скатиться на пол и убежать. На глазах сами по себе, наворачивались слезы. В это время смотреть совсем не хотелось на тех, у кого мы в гостях. Смотреть ни на кого ему не хотелось, все было очень тяжело и даже больно. Что-то внутри мальчика сжималось. Вздохнуть, почти не хватало сил, но и здесь сидеть, тоже он больше находиться, уже не мог. Отец нагибается к уху своего сына, Элеазар буквально сжимается в стул, боясь уже тех слов, что будут сейчас произнесены, сжавшись, принц ждал.
-Еще раз ты, что подобное выкинешь, и перестанешь себя вести как принц, тебе будет хуже. Испуганными глазами, Элли смотрел на отца, и от испуга смог только кивнуть, и смотреть куда-то в пространство, чтобы сдержать слезы на своих глазах.

+1

5

Наблюдать за гостями оказалось интересным делом. То, как они говорили, выглядели, держали себя. Много времени проводящий за границами родного королевства, Даниэль привычно уже сравнивал их с тем, что видел прежде, и находил довольно много отличий. Ему вообще нравилось изучать нравы иностранцев, а встречаться с чужими королевскими семьями доводилось не так уж часто. Если не сказать, почти никогда – младший принц Дарума рос в отдалении от двора. Правители вели беседу на языке гостей, Дани краем уха вслушивался в нее, отмечая про себя, как, все-таки, необычно звучит норийская речь. Конечно, их с Геллертом тоже учили наречию страны-союзницы, и несколько лет в Норе не прошли для Даниэля даром, но и тогда, и сейчас удивлялся быстроте, плавности и звонкости их языка. Словно птичьи трели, ему даже не всегда удавалось разбирать отдельные слова. Произношение отца на этом фоне казалось лишь грубой пародией, хотя говорил он довольно чисто и правильно.  А интересно было бы послушать, как гости говорят на дарумском. Должно быть, им язык, наполненный шипящими и твердыми звуками, покажется чересчур грубым и сложным.
Геллерт незаметно толкнул брата коленкой и, склонившись к его уху, шепнул:
- Ну, как сегодня твои занятия?
- Убит четыре раза, - сокрушенно отозвался Дани таким же тихим шепотом. – Кажется, мои девять жизней давно закончились, и рядом с тобой сидит бессмертный вампир.
- В таком случае, придется заглянуть к тебе сегодня ночью в компании осинового кола и посмотреть, чему тебя научил господин Такеш.
Дани сделал вид, будто отправляет полы камзола, по пути шутливо пихнув старшего локтем в бок. Тот ответил самодовольной ухмылкой. И ведь действительно заявится ночью, с него станется. Подтрунивать друг над другом у братьев давно вошло в привычку, причем больше доставалось обычно младшему, но до серьезных ссор никогда не доходило, а если кому-то со стороны случалось обидеть кого-то из парочки, второй немедленно вставал на защиту. Они и в детстве перед отцом всегда отвечали вместе, и неважно, кто на самом деле был зачинщиком проделки.
А вот самым странным в поведении гостей казались отношения короля с сыном. Мальчик, которого представили как наследника с красивым и необычным именем, выглядел испуганным, нерешительным. Он то вертелся, как обычный ребенок, разглядывал окружающую обстановку – пару раз Дани ловил и на себе его заинтересованный взгляд, - то вдруг вздрагивал испуганно, оглядывался на отца, словно ожидая его неодобрения, и замирал статуэткой. Строгие взгляды Его Величества тоже не укрылись от внимательного наблюдателя. Железная дисциплина? Принцев Келети тоже воспитывали очень строго, учителя не гнушались жестких методов. Так было принято и считалось абсолютно нормальным, ведь будущий мужчина обязан привыкнуть к суровым условиям жизни и почитанию тех, кто старше и опытнее. Но сейчас, глядя на то, что происходило на диване напротив, Даниэль чувствовал себя неловко. Словно он не по своей воле стал свидетелем личной семейной сцены, не предназначенной для посторонних. Дани не слышал, что сказал Элеазару его отец, но видел реакцию того, и слезы в глазах маленького Мореа только укрепили чувство неловкости. А ведь, какими бы ни были отношения в их семье, принц был всего лишь ребенком, а встреча у них неофициальная.
Наверное, король Ульрик думал о том же. Дани почувствовал, что отец смотрит на него, и ответил вопросительным взглядом. Может быть, пора заканчивать это свидание? Гости, верно, устали с дороги, им нужно отдохнуть, разобраться в своих делах…
- Ну что же, Фабрициан, - Его Величество Ульрик подался вперед, будто бы не замечая никаких странностей, - приглашаю вас с Геллертом в мой кабинет, выкурить по сигаре – мне недавно прислали в подарок из-за моря несколько упаковок, поразительный, скажу я тебе, вкус. Оставим дам обсуждать туалеты, а о твоем сыне, если ты позволишь, позаботится Даниэль. Пусть проветрится, мальчику это будет полезно, он явно засиделся в дороге, - король Ульрик одарил Элеазара понимающим взглядом, затем повернулся к своему сыну. – Ты ведь не против?
Он – что? Самообладание едва не изменило Даниэлю. Он ожидал чего угодно, но только не того, что придется быть нянькой иностранному отпрыску в собственном доме! Он, конечно, не имел ничего против мальчика, и с удовольствием побеседовал бы с ним о традициях дома Мореа, но быть рядом постоянно? А как же его собственные дела, тренировки?
- Отец, может… - начал было Геллерт, но король остановил его жестом, глядя только на младшего сына.
- Покажи ему наши владения, расскажи пару историй. Я знаю, ты это любишь. Думаю, вы быстро найдете общий язык и не будете скучать.
- Да, отец, - когда Его Величество говорит так, остается лишь склонить голову в знак покорности. Много лет назад почти с теми же словами он привел к юному потомку офицера, который превратил его из недалекого увальня в нормального человека. Значит, и сейчас отец знает, что делает. Дани привык доверять ему.
Он поднялся с места, шагнул чуть ближе к Элеазару. Что ж, посмотрим, как будет вести себя этот ребенок вдали от строгого отца.
- Ваше Высочество, пойдемте со мной.
- И чувствуйте себя, как дома, - напомнил Ульрик гостям. – Вся наша прислуга – ваша, пока вы здесь.

+3

6

Мальчик не знал, как долго он выдержит все это. Элеазару оставалось только сжиматься в стул, и видеть перед собой все те же рассерженные глаза отца. Ему казалось, что все, что он делает, не нравится отцу, хотя он пытался, но все было не так. Даже сейчас зал, в котором он сидит, кажется чем-то таким, что не давало вздоха. Сердце мальчика гулко стучало и ему казалось, что  все вокруг слышат его удары. Сглотнув, Элеазар попытался выдавать из себя что-то близко похожее на улыбку, показать отцу, что все нормально. Хотя, этого даже не было, но мальчик знал, все, что он не сделает, никогда не понравится отцу. Внутри снова все продолжало сжиматься, и холод пробежал по его телу. Он снова посмотрел на отца, но, к сожалению, не видел в его глазах той теплоты, поддержки, помощи, что так Элеазару нужна была, той отеческой любви, что должна быть между отцом и сыном. Все новые попытки ничего не показывали. Иногда в голову мальчика закрадывалось что-то не очень хорошее, и говорило это о том, что, наверное, он никому не нужен. Но в свои десять лет, принц стал многое понимать, и теперь понятно было, что теплых отношений между ним и его отцом никогда не будет. Между ними нет всего, что есть и должно быть. Отведя глаза от отца, мальчик снова обратно выпрямился на стуле. Он посмотрел снова на тех людей, к которым они приехали, на тех, кто так искренне и радостно улыбались друг другу. Впервые внутри сердца мальчика что-то шевельнулось и ему самому хотелось, чтобы и у него с отцом были такие же теплые чувства с отцом. Даже пусть на крошечный миг Элеазар себе это представил. Слегка его губ коснулась улыбка. Те обиды, боль, разочарование ушли куда-то далеко, как будто их никогда и не было. Однако принц почувствовал то, как отец слегка дернул мальчика за рукав, что Эли не летал в неизвестных облаках и пришел в себя. Ту историю, что увидел Элеазар в своей голове, улетучилась. Очень быстро оставляя после себя горькую правду, что так он всего на маленький промежуток времени представил себе, было разрушено и снова правда открылась ему. Осторожно краем глаза принц следил за принцем Даниэлем, который так спокойно и даже весело разговаривал со своей семьей. Отношения между ними были радужными, хорошими, как и положено такой вот семье.
-Думаю, это очень правильное решение. Король обернулся к сыну, и в его глазах, снова были искры холода. Ему не нравилось что у мальчика, к сожалению, прогрессирует та же болезнь что и у его жены. С сыном он разговаривать строго, не давая ему не одной вольности. С рождения показывает, что он должен делать, а что нет. Может, все-таки стоит дать отдохнуть Элеазару от дальней дороги, и пообщаться с другим принцем, может, его научат, как положено, быть принцем, а не ребенком.
-Элеазар, я тебе разрешаю пойти пройтись и прогуляться с Даниэлем. Нагнувшись ближе к сыну почти ему прошипел.
Если я - Узнаю, что ты вел себя не подобающим образом, узнаешь, когда я бываю очень зол на тебя. Пальцы принца судорожно схватил сидение стула, в глазах плескался страх, который не возможно было скрыть. Элеазар очень хорошо помнил, когда отец был на него очень зол. Хорошо запомнился тот вечер. Элеазар ощутил снова ту боль, что причинил ему папа. У него из носа и рта тогда текла кровь. Именно тогда мальчик не мог понять, за что и почему. Только то, что он читал книгу, которую отец запретил ему читать, но почему он не мог понять, что карта и города ему были очень интересны. От слов, что его отпускают пройтись, он забился в стул и встать даже не мог. Но разъяренный взгляд, под которым Элеазар спустился со стула и встал на ноги, он ощутил дрожь в коленях и все еще гулкий стук его маленького сердечка. Сказать что-то Эли не мог, да ему показалось, что его голос сел и слова не могут быть им произнесены. Отвернувшись от отца, мальчик, на ватных ногах медленно делая шаги, подошел к принцу. Он не мог поднять свой взгляд и посмотреть на него. Элеазар боялся реакции отца и этого молодого человека, он не знал, как с ним будет он разговаривать. Эли покорно стоял и ждал когда ему разрешать и скажут что можно покинуть зал, и выйти из этой душной комнаты и оказаться на свежем воздухе которого ему так сильно не хватало. Вдох выдох, комната медленно стала качаться, и воздух, его не очень мальчику хватало, он ему нужен.
-Да, конечно, Ваше Высочество. Голос мальчика не выдавал не одной эмоции, безжизненный голос, и просто покорный разговор и обычные слова, произнесенные им. Ожидать было не понятно, ведь это так и есть. Он не чувствовал себя здесь спокойно как и везде. За ним всегда и везде будет идти, лицо отца и его взгляд, который будет за ним следить и смотреть на то, что он делает или говорить. Идти куда-то было страшно мальчику, он не знал, что ожидать от Даниэля и что он может сделать в любой из моментов. Покинув зал, они направились по коридору. Осторожно чтобы его не заметили то, как он идет и разглядывает картины и убранство дворца, ведь как говорит папа это пустая трата времени. Если хочешь что-то о ком-то узнать, проще зайти в библиотеку и выучить или даже зубрить пока не выучит о какой-либо семье, то, что ему так надо знать. Здесь все было немного другим в живых красках, что ему понравилось, когда он впервые пересек порог этого дворца.

0

7

Даниэль краем глаза наблюдал, как мальчишка, думая, что спутник не видит, украдкой рассматривал убранство дворца. Правду говоря, посмотреть было на что: Дани специально повел гостя через так называемую Малую галерею Славы, где стены были увешаны гобеленами с изображениями великий событий последнего столетия  и их героев и стояли мраморные бюсты известных людей - мыслителей, воинов, поэтов. Массивные чугунные люстры, заправленные десятками свечей, свисали на цепях с потолка. Младший принц всегда думал, что факелы здесь были бы уместнее. Ему, в отличие от старшего брата, не доводилось бывать во дворцах других королей, но дом своего отца считал суровым рыцарским замком, оплотом силы и мощи дарумской земли. Он даже внешне напоминал черную непокорную скалу, выросшую среди зеленых холмов и тянущуюся вершиной к небесам.
Дани снова задумчиво покосился на спутника. Такой запуганный, нерешительный, всего боится. Неужели это наследник престола? Они с Геллертом никогда не были такими. Как может вырасти из принца хороший правитель, если он уже в детстве боится сделать лишнее движение. Юноша вспомнил сердитый взгляд господина Мореа и слезы в глазах его отпрыска, и покачал головой. Странные у них в Норе методы воспитания. Однако, чем же развлекать этого титулованного гостя? Отцу легко было сказать "покажи владения, расскажи пару историй", а Даниэль чувствовал себя очень неуютно в роли няньки. И ведь надо произвести хорошее впечатление, чтобы ненароком не разрушить дружбу между странами. Дарум только начал поднимать голову после последней войны, и ему жизненно необходима поддержка. Как и принцу Элеазару, похоже.
- Вам нравится история, Ваше Высочество? - поинтересовался Даниэль только ради того, чтобы что-то спросить. Он понятия не имел, о чем говорить со спутником, но долг хозяина быть радушным и не дать гостю чувствовать себя не в своей тарелке.
Они вышли из галереи и практически уперлись в огромную, в полтора человеческих роста, статую, целиком вырезанную из блестящего темно-вишневого камня. Статуя стояла в полукруглой нише стены и изображала обнаженного мужчину со свирепым выражением лица и пятью глазами вокруг головы. В одной руке он сжимал стальной остро отточенный меч, в другой держал чашу, в которой тонким дымком вились благовонные травы. Свет здесь был приглушен и устроен таким образом, что создавалось впечатление, будто глаза статуи горят в полумраке, неотрывно наблюдая за каждым, кто проходит мимо. Даниэль заметил, как Элеазар отшатнулся от такого зрелища, и поспешно шагнул вперед, чтобы прикрыть его от каменного взгляда.
- Не бойтесь, Ваше Высочество. Это наш бог, великий Дарну. На заре времен он был обычным человеком и пас коз в горах, а жители окрестных селений приходили к нему за советом. Но однажды самые темные твари поднялись из глубин бездны, чтобы уничтожить людей. Дарну сменил свой посох на меч и повел народ за собой в битву, равной которой не было ни до, ни после. Восемь раз он умирал от ран, но его воля и желание защитить свой народ были так сильны, что дух его не покинул тело, и Дарну раз за разом вставал, чтобы продолжать сражаться. А на девятый раз он стал богом, и тогда смог загнать врага обратно в бездну и запечатать там. С тех пор он живет в Небесных чертогах на вершине самой высокой скалы и следит оттуда, чтобы твари не прорвались вновь, а заодно присматривает за нами.
Дани не стал упоминать о поверье, будто статуя, на которую они с принцем смотрели, способна испепелить того, кто придет во дворец со злыми умыслами. Пугать ребенка еще больше он не хотел, но все же на всякий случай продолжал прикрывать его. В Даруме мистические силы не считались просто легендами.
- Чем вы хотели бы заняться? – Дани спокойно посмотрел на спутника. - Мы можем осмотреть дворец или выйти в сад, у моего отца большая коллекция экзотических животных и птиц. Может быть, вам будет интересно оружие или книги? Или хотите отдохнуть после путешествия? Не стесняйтесь, чувствуйте себя как дома.

+2

8

Мальчик даже не знал, имеет ли он права разглядывать портреты, развешанные на стенах малой зале славы. Ведь отец никогда не разрешал смотреть, потому что считал слабостью, и тем, что ничем особо их семья не прославилась. Вот поэтому Эли буквально осторожно смотрел на все эти доспехи, оружие выставленное здесь. Ведь мальчик ничего толком не знает о том, что происходит в таких залах. Ему хотелось что-то такого, от чего он может открыться. Ведь сейчас, он представлять собой запуганного мальчика, с которым отец обходится жестоко, но  может, это вовсе не так? Но сейчас, внутри Эли было непонятное, просто показать свою кому-то еще заинтересованность, отец бы посчитал это неправильным.  Но ведь папы рядом нет, а значит, можно попробовать открыться, и показать себя все-таки с лучшей стороны, а то еще отец подумает, что я специально не разговариваю, не общаюсь, хотя он же и сам ему сказал выбирать слова для ответа. Разве можно говорить просто так не о чем, и в тоже время, пытаться себя показать с лучшей стороны. Пока у него не очень то, получается, найти общий язык с принцем Даниэлем. Он вон, какой взрослый, а я просто ребенок, которого не слушает отец, не видит его сыном. Просто Эли уже отчаялся понять папу и попытаться делать так, чтобы ему все нравилось в сыне, и чтобы он хоть один раз, улыбнулся ему с любовью,  как и положено. Но нет, Эли постоянно встречает холодный взгляд отца, когда он делает, что-то плохое, но сам Элеазар такого не видит, но отец, однако успевает все подмечать. Но почему все не так, как вообще должно быть на самом деле
-Да... да спасибо, очень интересно. принц старался не показывать волнения в голосе и то, что ему очень понравилось, ведь если отец узнает, что ему что-то нравилось, снова скажет слова, из-за которых Эли снова почувствует себя брошенным и ненужным для своего же отца. Просто он не знает что говорить, как говорить, чтобы вести себя как подобает принцу, и в тоже время, не наговорить ненужных слов. За размышлениями, принц не сразу понял, что они уже вышли из галереи. Когда Эли поднял голову, то сразу на него воззрилась статуя. В глазах мальчика блеснул страх. Он, сделав несколько шагов, назад остановился, расширив свои глаза. Но вовремя подоспевший принц закрыл статую своим телом. Эли стало немного не по себе.
-Простите, я не хотел пугаться, просто... Я никогда не видел таких больших статуй. Наверное, его слова покажутся детским лепетом, снова он не правильно себя повел, и теперь от отца снова будет выговор. Ведь ему доложат как себя вед Элеазар, что боится, как бы сказал отец обычных статуй. Просто, он их видит впервые, за все в свои десять лет жизни. Странно да? Но для отца, это были, просто обычные статуи, а вот для Эли было довольно интересно на них смотреть, этот бог, как рассказывает ему принц Даниэль, очень интересен. Эли сделал два шага вперед, ему хотелось еще раз ближе рассмотреть его. Коснуться если конечно ему будет это разрешено. Просто он притягивал к себе принца, ему это даже нравилось. Впервые в глазах Эли зажегся огонек интереса, за все это время что он просто шел рядом с принцем Даниэлем. Теперь ему хотелось многое узнать.
-Как интересно, у вас такой храбрый бог, и он защищает вас. Он смог самостоятельно убить, всех врагов и стать богом. А что еще вы можете о нем рассказать ваше Высочество? Просто истории о нем очень интересны для меня. Эли хотел обойти принца Даниэля, чтобы посмотреть на статую сбоку, но все-таки не решился это сделать, ведь ему не разрешат на него смотреть. Но желание у принца никуда не уходило, наоборот оно в нем еще с большей силой просыпалось. Но ведь отец скажет на это, что снова он неправильно себя ведет, и так не положено. Даже сам Эли не знает, как он должен себя вести.
-Извините, а можно пойти в сад? просто, мне хотелось бы глотнуть свежего воздуха, если вы не будите против. При этом его голос звучал тихо и испуганно, что он попросил разрешения пойти в сад. Но правда ему хотелось выбраться, и побыть там, где он всегда себя хорошо чувствует. Там где ему всегда так уютно и хорошо бывает. Ему хотелось посмотреть на множество цветов, деревьев, кустарников. Ведь он помнил, когда-то очень давно, конечно это смутные воспоминания, но все же, как он с мамой был там, как ковылял на своих маленьких ножках. Именно там, в саду, где было множество цветов, а позже все это закончилось. Но в воспоминаниях все до сих пор осталось и живет в его голове, в его сердце. Хотя его манило множество книг в библиотеке, их он тоже почитает, даже если папа говорит что это неправильно, Эли даже помнит, одну книгу, которую сжег отец в камине. Эли было так больно, он даже не сдержал своих слез. А отец он все выговаривал ему, а потом... Нет, сейчас не время вспоминать плохое, что с ним тогда произошло. Сейчас важно постараться побывать там, где он не бывал, а теперь будет
-А потом можно будет после сада осмотреть замок? Потом взглянуть на коллекцию вашего отца экзотических животных и птиц? И да, книги, я бы очень хотел увидеть их. А в них есть карты? Или даже старинные символы? Просто, вы не думайте, мне очень это нравится. Почему принцу показалось, что он сказал что-то лишнее, и теперь на него посмотрят как на надоедливого мальчика, который увлекается непонятно чем. На него и так дома странно косятся, и смотрят довольно непонятно

0


Вы здесь » Интриги: сплетение судеб » Флэшбек » Мы так похожи - надо держаться вместе. июль 3642 год


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC